Николай ГЕРАСИМОВ

Богатство

 
Я всегда говорил, что хищные птицы – не мои. Не мой объект специального научного интереса. Как у орнитолога, особая любовь у меня к околоводной авифауне. А птицы хищные - это моя неизбывная боль, моя постоянно саднящая рана. Больно видеть, как варварски уничтожаются богатства Камчатки...
 

Мы хранили природу Камчатки...

 
Что значат для большинства из нас последние десять-пятнадцать лет жизни? Для многих это просто подёрнутое пеленой печали осознание их невозвратимости. В памяти же сотен охотников-любителей это годы ярких весенних зорь с катящимся над тундрами юго-западной Камчатки гулом канонады охотничьих ружей...
 

Мы должны, можем и обязаны их спасти!

 
...Это было около двух лет тому назад. Меня разбудил ночной звонок: «Николай Николаевич, звоним из Мильково! Мы только что задержали людей с тридцатью восемью кречетами. Куда везти птиц?» Сколько было мне таких звонков за последние 15 лет!
 

Радиация на птичьих правах

 
23 апреля на Камчатке открылась весенняя охота на птиц. Разрешена она и в одинаково близких к Японии и Камчатке регионах - Приморье и Хабаровском крае. Наши соседи, рассказывает Интернет, как и руководители охотничьих организаций и обществ других ДВ регионов, уповают на то, что поражённая радиацией японская птица, в основном, полетит через Камчатку, Сахалин и далее на север Магадана и Чукотку. Спорить с ними мы, пожалуй, не рискнём: так оно и будет...

"Мы сделали это!"

 
Да, мы это сделали! Алеутская канадская казарка, миниатюрный островной гусь - исконный житель Дальнего Востока России, уничтоженный в начале ХХ века человеком, возвращается в фауну нашей страны и районы исторических японских зимовок. Мы это сделали. Но какими и чьими усилиями?
 

RSS-материал