СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ: ТУРИСТИЧЕСКИЙ МАЯК e-mail: kv@troyka.iks.ru

СКОЛЬКО СТОИТ В ЛЕСУ ПОГУЛЯТИ? - 2

Светлана СОЛОВЬЕВА. “КВ”.

В прошлом номере “КВ” мы начали размышления о том, во что сегодня обходится камчатскому туристу желание прогуляться по давно знакомой тропе, ведущей из поселка Пиначево в Налычевскую долину, которую теперь принято величать не иначе, как Природный парк Налычево. Сегодня мы эту тему родолжим, стараясь не упустить ни одного пикантного момента.

Итак, остановились мы в прошлый раз на том, что, решив отправиться в Налычево, каждый должен получить на то письменное разрешение в дирекции природных парков Камчатки. В принципе такое разрешение мы получали и раньше: дескать, нужно же дирекции знать, сколько туристов пошло в долину, чтобы проконтролировать их возвращение из нее в целости и сохранности. Теперь за разрешение каждый турист должен заплатить 100 рублей. (Напоминаю, что речь пока идет только о камчатских самодеятельных туристах).

Что означают эти 100 рублей? На языке менеджеров это называется - “плата за “брэнд”. То есть, за то, что не просто вы пошли погулять в каком-то “лоховском” камчатском лесу, а ступили на территорию, которая известна на весь мир, занесена навечно в списки всемирного природного наследия и т. д. и т. п. На языке дирекции природных парков (ДПП) это называется - “плата за дополнительные услуги” (по крайней мере, так написано в выданной мне квитанции). Причем, в прейскуранте дирекции, который нам удалось найти во всемирной сети Интернет (в самой дирекции нам его никто не продемонстрировал), сумма в 100 рублей вообще не фигурирует, зато есть строки: “амортизация объектов природоохранного благоустройства - 60 рублей с человека, вывоз бытовых отходов - 36 рублей с человека и компенсационные отчисления за рекреационную нагрузку и косвенный экологический ущерб - 70 рублей с человека”. О каких рекреационных нагрузках и косвенном экологическом ущербе идет речь в последней строке не совсем понятно. Как, впрочем, непонятно, в какой конфигурации этих трех платежей можно получить 100 рублей. Как ни тасуй между собой эти три суммы, на “стольник” никак не выйдешь.

Ну, да ладно, не в этой бухгалтерской безалаберности суть. Я думаю, что сто кровных рубликов заплатить за вход в элитный камчатский лес, никому было бы не жалко, если бы было за что на самом деле платить. Для пешего туриста ведь много не нужно. Главное для него - это строго определенный маршрут, наличие переправ через водные преграды и возможность укрыться от дождя и холода под какой-нибудь крышей. Кстати, все это как раз и есть “природоохранное благоустройство”.

У ПОХОДА ЕСТЬ НАЧАЛО...

Когда-то давно, в пору существования турбазы “Паратунка” ежегодный туристический сезон открывался так называемым инструкторским походом. Собирались все инструктора пешелыжного туризма в поселке Пиначево и с определенным инвентарем выступали на тропу, ведущую в Налычево. По дороге они маркировали тропу (привязывали к деревьям белые жестянки с красной полосой, а на перевале красили в красный цвет камни, лежащие вдоль тропы), расчищали возникшие за зиму завалы на тропе, ремонтировали мостики через ручьи и речки, подправляли костровые навесы и домики в местах ночлега. Кстати, места ночлега были расположены в очень удобных местах - приют “Промежуточный”, приют “Подперевальный” и сам приют “Налычевский”. Костровые навесы на “Промежуточном” и “Перевальном” существуют до сих пор, но уже многие годы их никто не ремонтировал, а в более или менее приличном виде поддерживают их сами туристы.

О маркировке тропы сегодня никто не заботится. Голубая панда (знак Всемирного фонда дикой природы (WWF), который курирует сегодня Налычевскую долину) нарисована в начале тропы на березе - вот и вся маркировка. В лесу, конечно, свернуть с тропы сложно - слишком хорошо она натоптана туристскими ногами. Но вот Пиначевский перевал - дело другое. Перевал имеет первую категорию сложности: в верхней части он очень каменистый, и в тумане (а на перевале туман - это скорее правило, чем исключение) промазать мимо тропы очень просто. Но ни одного маркированного камня на перевале мы не нашли.


Первым на тропе WWF туристов встречает приют “Промежуточный”. Под крышей этого костровища уже не укроешься от дождя.

Приюты на тропе - это отдельный разговор. Приют “Промежуточный” (в народе просто “Промежутка”) - не существует вовсе. Ветхий костровой навес и покосившийся стол - это все, на что могут рассчитывать туристы. Приют “Подперевальный” сохранился чудом. Домик, обитый железом, стоит под Пиначевским перевалом, по словам старожилов, уже лет тридцать. На его нарах при плотном заселении могут переночевать 20 человек. Причем, по своему опыту знаю, что в какую сторону по тропе не шел бы турист, он неизменно мечтает о том, чтобы в этом стареньком домике с земляным полом для него нашлось бы свободное местечко. Даже загрязнившиеся за десятилетия матрасы в этом приюте пользуются большой популярностью. Так вот, этот самый домик давно забыл, что такое ремонт. Если показать его Стивену Спилбергу, он непременно отснял бы с участием приюта “Подперевального” какой-нибудь ужастик. И все эти объекты, заметьте, находятся на тропе WWF, которую, как написано на единственном указателе, нам “дарит” дирекция природных парков Камчатки (кстати, почему “дарит”, если за посещение берутся деньги?).

Есть, правда, на тропе, примерно в пяти километрах от “Подперевального”, кордон Семенова. Это два домика, переночевать в которых можно за отдельную плату. Этой привилегией в основном пользуются иностранцы. Камчатские туристы на кордоне ночуют редко, и все в один голос говорят, что кордон находится в очень неудобном для ночлега месте.

После ночевки в “Перевальном” вас ждет переход в 22 километра, включающий в себя штурм перевала, до центрального приюта “Налычево”. Нам на этот раз пришлось преодолевать этот переход под проливным дождем. Так вот, на этом самом длинном отрезке тропы нет ни одного навеса, под которым туристы могли бы просто спрятаться от дождя. Навстречу нам попалась группа насквозь промокших иностранных туристов (среди них был даже один чернокожий - как выяснилось позже, это - первое посещение Налычевской долины африканцами), которая, захлебываясь в ливне, шла штурмовать перевал, потому что только за ним в полуразрушенном приюте “Подперевальном” можно было укрыться и высушить одежду на костре.

фото
Один из “лучших” мостов на тропе

Теперь несколько слов о переправах. Помнится, еще в 90-х годах, когда идея создания в Налычевской долине природного парка витала в облаках, первым аргументом, который приводился в пользу необходимости финансирования, было строительство мостов через многочисленные реки и ручьи. С тех пор много воды утекло в тех реках, а вот внешний вид и качество мостов практически не изменились. Все те же три березовых бревна с прибитыми поперек них сучками. Говорят, что эти мостики каждый год нужно восстанавливать, потому что они ломаются под тяжелыми сугробами. Смешно слушать! Я хорошо помню две доски, которые изображают из себя мостик через реку у приюта “Подперевального”. Как лежали они три года назад, так и сейчас лежат. А уж если березовые бревна на самом деле трещат под снегом, так неужели за столько лет существования парка из финансирования WWF нельзя было выделить деньги на хорошие переправы?

Хотя несколько качественных мостов в парке все-таки есть. Но расположены они в той части парка, где больше всего иностранных туристов, которые прилетают в парк на вертолетах. Именно о них, как это ни печально, очень заботится дирекция.

ЧТО РУССКОМУ ХОРОШО?

Конечно, туризм, особенно пеший - это, прежде всего, экстрим. Пройти за два дня больше пятидесяти километров по пересеченной местности сегодня может не каждый из нас. Слишком уж избалованы мы автомобилями и малоподвижным образом жизни. Поэтому каждый ступающий на тропу с многокилограммовым рюкзаком за плечами внутренне готов к любым трудностям. Но только не к таким, которые ждут нас в центральном приюте “Налычево”. Кстати, само по себе туристкое понятие “приют” постепенно утратило свое прямое значение. Теперь это называется “Центральная база парка Налычево”.

Самый трагичный вывод, к которому мы пришли, побывав в этом году в долине, таков: камчатские туристы не нужны дирекции парков. Они раздражают работников парка своими палатками, штанами и носками, которые сушатся на веревках после дождя, песнями у костров и вообще своим непрезентабельным видом. Дирекция, как это ни печально, стыдится своих земляков, которые, как ей кажется, пугают иностранных пенсионеров, отдыхающих в долине, своим видом. Такое впечатление, что камчатские туристы идут в долину только для того, чтобы напакостить там: истоптать траву, порубить лес на дрова, разбросать консервные банки и т. д.

Еще в Петропавловске нас предупредили о том, что ставить палатки в центральном лагере туристам запрещено, нужно отправляться на реку Желтую, от которой до ближайшей горячей термальной лужи приходится топать не менее трех километров. (Хотя, по рассказам гидов, иностранцам разрешают ставить палатки даже около самих термальных луж.) Хочешь жить на центральной базе - будь добр раскошелиться. Конечно, жить в красивых домиках, построенных дирекцией, в которых есть электричество и чистые постели, для камчатцев не по карману. Одно койко-место в сутки там стоит почти 400 рублей. В этих домиках живут немцы, японцы, китайцы, австралийцы и некоторые новые русские, приезжающие за камчатской экзотикой из центральной России.

фото
Так выглядит “Аквариум” изнутри.

Но оставшиеся в живых “шайбы” и “аквариум” - это другое дело. Еще три года назад проживание в этих “апартаментах” с деревянными нарами и буржуйками стоило 40 рублей в сутки. Теперь, как мы уже упоминали, цена на нары варьируется от 120 до 230 рублей в сутки с человека. Причем, от чего зависят сами по себе вариации - неизвестно. Как, впрочем и непонятно, на каких основаниях дирекция берет эту плату. До сих пор “шайбы” и “аквариум” принадлежали федерации профсоюзов Камчатки, о чем свидетельствует соответствующий договор купли-продажи. А стало быть, сдавать эти помещения в аренду туристам имеют право именно профсоюзы. Но, как ни странно, плату за проживание с туристов берет дирекция парков. Интересное дело, не правда ли?

Может быть, собственник “шайб” и “аквариума” уже сменился (как известно, спор за это имущество обе стороны ведут в суде уже не первый год)? К сожалению, на этот вопрос вразумительного ответа мы не смогли получить ни в дирекции, ни в федерации профсоюзов. Хотя косвенное подтверждение того, что дирекция не имеет права распоряжаться этими домиками, мы получили в беседе с инспектором парка Осиповым. “Если бы суд решил дело в нашу (дирекции - прим. ред.) пользу, то и “шайбы”, и “аквариум” мы бы снесли и построили на их месте красивые домики.... - сказал он, - А то иностранцы ходят и спрашивают: что это такое? Стыдно ведь...”

КАМЧАТКА - НЕ ДЛЯ КАМЧАТЦЕВ

Вот он, русский менталитет: “перед иностранцами стыдно”. А перед камчатцами не стыдно? Ведь именно общественные организации Камчатки - “Клуб туристов и путешественников имени Глеба Травина” и “Фонд защиты Камчатки”, - обеспокоенные судьбой уникального уголка природы, долины реки Налычево, в 1994 году обратились к губернатору области Владимиру Бирюкову с просьбой создать там природный региональный парк. К обращению были приложены 1 130 подписей жителей Камчатки, поддержавших эту идею. Наверное, все эти люди и не могли предположить, что через каких-то 9 лет туристический приют “Налычево” не будет рад камчатским туристам. А ведь и сегодня нет более бережливых туристов, чем камчатские. Мы еще раз убедились в этом, когда наблюдали, как простые мальчишки, возвращаясь по тропе в Пиначево, собирали на ней мусор, оставшийся после прошедшей иностранной группы.

Туристы, путешествующие на автомобилях, рассказали нам, что в этом году в броды рек, которые нужно преодолевать по дороге в Налычево, чьи-то “заботливые руки” уложили шипы, на которых повис не один автомобиль. Зимой за проезд по долине на снегоходе дирекция парка берет около 400 рублей. Туристические детские группы, приходящие в долину летом, вынуждены в любую погоду жить в палатках на реке Желтой. Туда же отправляются все молодежные группы, которые на взгляд инспекторов дирекции могут помешать своим шумным отдыхом пенсионерам из Германии или Австралии... Гиды рассказывают, что привозят на вертолетах в долину свои дрова, чтобы не покупать их у дирекции парка... Короче говоря, становится совершенно очевидно, что этот камчатский лес уже не для камчатцев. Остается только спросить: откуда такая нелюбовь к соотечественникам? Неужели, все объясняется отсутствием у них толстых кошельков? в начало