"Сосна", "Берёза" и вообще...


 В ночь с 21 на 22 октября 1962 года на подмосковный полигон близ посёлка
Кубинка доставили два объекта под шифром 432 Харьковского конструкторского бюро (КБ) тяжёлого машиностроения. Эти изделия стали первыми танками Т-64.
 
Такое кодовое имя для секретной переписки получила новая боевая машина. Танк создавался мучительно больно. Бесконечные интриги выдвиженцев «Уралвагонзавода» вынудили главного конструктора двух на тот момент основных боевых танков Красной армии (Т-34 и Т-54) товарища МОРОЗОВА покинуть Урал и вернуться в родной Харьков. Это произошло в начале 50-х годов прошлого века. Уже тогда к власти рвался Никита Сергеевич, но у него еще не было ракет, и он традиционно отдавал предпочтение танкам. Постановлением ЦК партии и Совмина СССР главному конструктору МОРОЗОВУ была поставлена задача - создать новый танк. В сроках его не ограничивали, тем более что русские танки были лучшими в мире, как и сейчас.
Военно-политическое руководство страны было информировано компетентными органами о создании в Великобритании нового мощного 105-миллиметрового орудия и боеприпаса к нему с перспективой установки его на танки «Центурион» и «Патон». Таким образом, к 1960 году лучший на тот момент танк Т-54 автоматически устаревал. Поэтому генеральный конструктор МОРОЗОВ получил задание создать нечто новое доселе не изведанное...
 
Лучший - враг хорошего
 
Как было сказано выше, в конце 1941 года Харьковский танковый завод был эвакуирован на Урал, в Нижний Тагил. Здесь было развёрнуто конвейерное производство Т-34. С окончанием войны завод остался флагманом отечественного танкостроения. В стране, разрушенной оккупацией, царила плановая экономика. Это, безусловно, касалось и танкостроения. В середине 50-х «Уралвагонзавод» освоил новый объект производства - Т-54. Машина была недорогой и простой в производстве. Завод из года в год перевыполнял план. Руководство министерства было довольно, и, как итог - премии и награды для создателей и изготовителей танка. И уже никого не интересовало, насколько совершенным является само изделие. Это прекрасно понимал МОРОЗОВ, его поддерживал ХРУЩЁВ, который хорошо помнил неоправданные потери под Сталинградом и Курском, когда не хватало хорошей техники, и в бой шли на чём попало. Никита Сергеевич во всём поддерживал МОРОЗОВА и верил в его гениальность. А руководство министерства тяжёлой промышленности, напротив, требовало от главного конструктора простого, а не новаторского подхода к будущему изделию. И компромисса, к сожалению, не нашли. МОРОЗОВ уехал в Харьков, а на самом большом в мире предприятии начали создавать что-то среднее между 54-ой и тяжёлым Т-10. В результате к 60-му году Урал передал на испытание Т-62. В Харькове же в 1958 году собирают объект «430». Всесторонние испытания этой машины привели к созданию легендарного Т-64. Тех, кто впервые видел эту машину, она поражала от начала до конца. Они влюблялись в неё с первого взгляда! Здесь всё было новое: экипаж машины в 3 человека (механизм заряжания избавил от четвертого танкиста), многослойное бронирование позволило существенно снизить вес и габариты танка. Новый двигатель, новый принцип бортовых передач, новая гусеничная лента, созданная специально для тяжёлых глиняно-песчаных почв, опорные катки с внутренней амортизацией. Все эти новшества по-своему совершили революцию не только в отечественном, но и в мировом танкостроении. С тех пор только три страны смогли создать танки с автоматическим заряжанием, да и то - только в конце 90-х годов прошлого столетия. Уникальность машины в бою неоспорима, но инженерное лобби восприняло это чудо в штыки. Принятие Т-64 на вооружение грозило отставанием в выполнении плана. Нерасторопность смежников также не сулила ничего хорошего… Армейское руководство тоже испытывало страх, предвидя трудности в обучении личного состава пользоваться новой техникой. Тот факт, что один Т-64 стоил целого взвода танков предыдущего поколения, никого не волновал. И вот тут упёрся Никита, поставив вопрос ребром: какой танк лучше - нижнетагильский Т-62 или Харьковский Т-64? Главный уральский конструктор КАРЦЕВ в пылу полемики даже оторвал ХРУЩЁВУ пуговицу с пальто, доказывая, что чем проще - тем лучше. Но Никита Сергеевич был далеко не глуп и понимал, что будущее - за высокими технологиями. Он дал харьковчанам зелёный свет, и завод в октябре 1963 года поставил первые изделия для опытной эксплуатации в Чугуевскую танковую дивизию. Она находилась в 40 км от Харькова, что упрощало обслуживание и техническое сопровождение новых танков. В 1964 году Никиту ХРУЩЁВА ушли, а главным стал БРЕЖНЕВ. Вопреки расхожим мнениям, он был умным человеком и, невзирая на все увещевания генералов от производства, отстоял новый танк, потому как так же, как и ХРУЩЁВ, видел войну отнюдь не в кино...
Осенью 1965 года Чугуевская дивизия получила 294-ую 64-ку, т.е. была полностью укомплектована и признана боеспособной. Через год, 19 декабря, вышло правительственное постановление о принятии объекта «432» на вооружение под названием «Средний танк Т-64».
 
P.S.
 
Коллизии вокруг харьковчанки на этом не закончились. В следующем выпуске «Будёновки» я расскажу, как получилось, что в 80-е годы три советских завода выпускали три разных танка с практически одинаковыми боевыми качествами - и не это ли привело к краху плановой экономики и распаду СССР?

Отправить комментарий

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступны HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании