Почему евангелист - не католик?

Дорогие камчатцы, вы, наверное, будете смеяться, но я – русский
протестант, а не католик. Но, как и католик, я – христианин,
поэтому величать меня нехристианским именем иеговист – вообще
никуда не годится. Ведь свидетели Иеговы не верят, что Иисус Христос – Бог, и что Он – из Святой Троицы, а я, как и все христиане, верю...

Но так уж вышло, что меня и моих единоверцев на страницах «Камчатского времени» («КВ» от 29 июля 2009 г. - прим. ред.) перекрестили вначале в иеговистов, а затем – в католиков (собственно, по этому поводу и разговор). Памятуя о том, что для верующего всё содействует ко благу, я решил отнестись к этому недоразумению, как к убедительной просьбе со стороны редакции «КВ», и поведать вам, уважаемые читатели, кто же они – русские протестанты.
Для короткой статьи – задача непростая. Но уделите её чтению пять минут: я уверен, что они не пропадут даром.
Протестантизм всегда был предметом ожесточенных споров, слухов и сплетен. Кто-то называет протестантов еретиками, кто-то превозносит их принципы трудовой этики, заявляя, что именно благодаря протестантизму западные страны достигли экономического процветания, кто-то считает протестантизм ущербной и чересчур упрощенной версией христианства, а кто-то уверен, что за скромной внешностью кроется подлинная евангельская простота. Учёные-религиоведы говорят, что протестантизм — одно из трёх, наряду с католицизмом и православием, главных направлений христианства, включающее те западные вероисповедания, которые не выходят за рамки христианской традиции.

А ещё протестантизм — это вера композиторов И.С. Баха и Г.Ф.Генделя, писателей Д.Дэфо и К.С.Льюиса, ученых И.Ньютона и Р.Бойля, религиозных лидеров М.Лютера и Ж.Кальвина, борца за права человека М.Л.Кинга и первого лауреата конкурса им. Чайковского Вана Клиберна.

Столпы русской культуры и русской христианской духовности лестно отзывались о протестантизме. Так, Пушкин в письме к Чаадаеву писал, что единство христианской церкви находится во Христе и что именно так верят протестанты! Тютчев высоко ценил протестантизм, что нашло отражение в его стихотворении «Я лютеран люблю богослуженье», где поэт восхищается верой, которая побуждает людей к молитве Богу:

Я лютеран люблю богослуженье,
Обряд их строгий, важный
и простой, —
Сих голых стен, сей храмины пустой
Понятно мне высокое ученье.

А. Солженицын

в повести «Один день Ивана Денисовича» носителем подлинной русской религиозной духовности выводит Алешку-баптиста, а главный герой Шухов говорит о православных, что те какой рукой креститься забыли.
Тем не менее, из-за обработки через СМИ общественное мнение в России не слишком жалует протестантов вообще, а русских протестантов – в особенности, хотя мнение большинства — не критерий истины (ведь даже тогда, когда большинство считало Землю плоской, она оставалась шаром). Если наши сектоведы готовы терпеть в России присутствие протестантов и католиков (пусть будут для российских поляков да немцев), то русский протестантизм они наотрез отказываются воспринимать вот уже 250 лет, считая православие единственным вариантом русской духовности. Очевидное отличие русских протестантов от протестантов западных они, ничтоже сумняшеся, поясняют так: «Вы – не протестанты, а секта!»
«Протестантская Россия — что за чушь?» — иронизировали, как и сейчас, суесловы на стыке XIX и XX веков. И тогда же был дан ответ, суть которого можно повторить и сейчас: «Протестантская Россия — это Россия богобоязненная, работящая, непьющая, нелгущая и некрадущая». Это уже вовсе не чушь, а с ней стоит познакомиться поближе.
Для того, чтобы евангельское движение России в последней четверти XIX-первой четверти XX веков обрело, наконец, своё духовное русло и характерные черты, огромное множество глубоко и ревностно верующих людей должны были оказаться вне лона православной церкви. Это произошло в результате церковного раскола XVII века. «Церковь порушилась» — набатом звучало тогда по всей России. Часть из покинувших государственную церковь православных христиан искала и нашла-таки возможность сохранить священство, за что их прозвали поповцами (или староверами).
Другие же, беспоповцы, посчитали, что благодатных священников больше не осталось, и именно они оказались тем огромным и плодородным полем, на которое через прорубленное Петром окно в Европу стали падать семена протестантских идей. Это и спасение личной верой, а не принадлежностью к «правильной» церкви, и священство всех верующих вместо священства немногих избранных, наконец, непогрешимость только Священного писания, которое неизменно, в отличие от церкви, пережившей трагедию раскола.
За 250 лет ненасильственного противостояния гонениям со стороны государственных властей с благословения официальной церкви, беспоповцы прошли путь от чрезвычайно раздробленного и слабо организованного явления русской жизни с порой весьма причудливыми формами духовности к полноценному, самобытному, оригинальному и укоренённому в России духовному движению. Это движение вобрало в себя как черты русского богоискательства, так и переосмысленные на русский манер идеи западной реформации.
Вне всякого сомнения, евангельское движение помогло России лучше понимать своих соседей, оказало большое влияние на развитие экономики страны, способствовало утверждению её в качестве великой мировой державы...

P.S.

Искренне надеюсь, что чтение этой статьи помогло вам, уважаемые читатели, что-то освежить в памяти, а на что-то впервые обратить своё внимание. Если она вызвала у вас вопросы, буду этому только рад, поскольку уверен, что в духовной сфере лишних знаний не бывает. Ищущий да обрящет!