Расправа под контролем милиции? (блок-1)


Более двух лет назад в оживленном и достаточно модном месте г. Петропавловска-Камчатского, рядом с гостиницей «Петропавловск» неизвестные лица обнаружили труп молодого мужчины со следами обширных телесных повреждений.
  
3 сентября 2007 года около 23 часов на место обнаружения трупа прибыла следственно-оперативная группа, которая наряду с иными видимыми обстоятельствами зафиксировала в протоколе осмотра места происшествия, что труп этого молодого человека, до его осмотра, кем-то перемещался.
Ко времени приезда следователей возле трупа уже находились люди, которые пояснили, что умершим является Магомедов Р.Д., прибывший на Камчатский полуостров из республики Дагестан.
Практически сразу же было установлено, что 2 сентября 2007 года около 06 часов утра возле гостиницы «Петропавловск» группа молодых людей избила Магомедова Р.Д. и двоих его знакомых парней, также являющихся уроженцами Дагестана. Этим молодым людям удалось убежать, хотя им также были причинены побои. Они добрались домой, где им оказали посильную медицинскую помощь, они отошли от шока, полученного в результате нападения и, не имея сведений о судьбе Магомедова Р.Д., поехали на место, где происходили трагические события. Вместе с ними туда же поехала их знакомая – адвокат Шутова-Даниленко В., которая около 22 часов позвонила в дежурную часть УВД Камчатского края и заявила об обнаружении трупа Магомедова Р.Д.
Все эти сведения взяты из материалов уголовного дела и сомнений не вызывают, а вот с какой целью автор в своей статье их так подробно подает, об этом ниже.
Как утверждают органы предварительного следствия, 31 августа 2007 года, т.е. за двое суток до описываемых событий избиения Магомедова Р.Д. и других лиц, оперативные службы УВД Камчатского края осуществили негласную запись телефонного разговора между жителем г.Петропавловска-Камчатского Сидоренковым С.А. и проживающим в г.Сочи Шадхиным А.Б.
В тексте постановления о привлечении Шадхина А.Б. в качестве обвиняемого утверждается, что он, в ходе разговора поручил Сидоренкову С.А. собрать группу лиц, разыскать в увеселительных заведениях города лиц дагестанской национальности, применить к ним насилие опасное для жизни и здоровья, потребовать от них покинуть Камчатку, под угрозой их убийства, в случае не выполнения этих требований.
Любой, даже самый неискушенный в криминальных делах читатель, осознает, что право осуществления таких оперативных возможностей, как негласное прослушивание телефонных переговоров, Закон предоставляет работникам милиции, в первую очередь, с целью предотвращения возможных преступных посягательств.
Но, увы, по всей видимости, этот Закон принят не для камчатских милиционеров, они не предприняли ни единого шага с целью предотвратить совершение тяжкого преступления. Хотя у них в главном для всего МВД Законе «О милиции» прямо написано, что главная причина профилактика, предупреждение, пресечение.
Во время предварительного следствия не было сделано даже попытки выяснить, почему милиция допустила массовое побоище, что это – прямое попустительство и желание наступления именного такого результата, который и наступил.
Далее в ходе следствия установлено, что Магомедов Р.Д. вместе со своими знакомыми в ночь со 2 на 3 сентября 2007 года отдыхали в клубе «Космиг», что неподалеку от гостиницы «Петропавловск».
В это же время в ночном клубе «Вулкан» отдыхал один из оперативных сотрудников уголовного розыск Шерстюк Д. К нему обратился один из посетителей бара «Космиг» и предупредил, что готовится избиение Магомедова Р.Д. и его знакомых, и указано место событий. Надо отдать должное Шерстюку, он не проигнорировал это предупреждение, связался с дежурным УВД Камчатского края и сообщил о полученной информации.
В результате, якобы, к ночному клубу «Космиг» высылалась патрульная машина с работниками ДПС, которые ничего не выясняя, тут же уехали.
Но самое поразительное следует из сообщения руководителя гостиницы «Петропавловск»! Вы только вдумайтесь. Оказывается, что в период с 31 августа по 6 сентября 2007 года весь гостиничный комплекс «Петропавловск» был заселен сотрудниками Администрации Президента Российской Федерации и Федеральной Службы охраны России, готовившими рабочую поездку Президента России В.В. Путина.
Безопасность проживающих, помимо ФСО, была усилена сотрудниками ФСБ и УВД Камчатского края. У главного входа в гостиницу был установлен круглосуточный милицейский пост. Территория, прилегающая к гостиничному комплексу, дополнительно охранялась силовыми структурами.
Повторяю, это не домыслы, вызванные желанием опорочить белоснежные мундиры наших силовиков. Это все из ими же собранных в ходе расследования доказательств. Другой разговор, что эти обстоятельства никак не заинтересовали ни работников следственного комитета, ни руководителей УВД, ни прокуроров.
Действительно, что особенного случилось. Ну, знали, что будет массовая драка, ну ничего, не предприняли. Но главное, что сотрудники Администрации президента и ФСО России целы и здоровы, а остальное – бывает.
Сейчас в г. Петропавловске – Камчатском проживает около 320 тысяч человек, сколько из них служат в милиции, прокуратуре, наркоконтроле, в службе исполнения наказаний, погранвойсках, ФСБ, в различных СОБРах и ОМОНах мне не ведомо, но полагаю, что если их всех одеть в форму и вывести одновременно на улицы города, остальные жители будут сильно удивлены.
Об этом я написал не с целью вызвать праведный гнев на милицейское равнодушие, хотя и это было бы не лишним, главное чувство от знакомства с тем, как проводилось расследование данного дела это удивление и недоумение.
Кто может, хотя бы мало-мальски, убедительно пояснить, почему уголовное дело расследовалось без малого два года, ведь все без исключения участники событий были установлены, допрошены и задержаны в первые сутки с момента обнаружения трупа Магомедова Р.Д. Кто сможет объяснить, чем все это время занималось 68, да я не ошибся, именно, такое количество членов оперативно – следственных групп участвовало в расследовании. Многие фамилии этих «членов» переходили из постановления в постановление, но это не уменьшает чувство недоумения.
Осталось неясным, в чем подразумевалась практическая составляющая участия такого значительного состава следователей в расследовании тривиального преступления.
Для общества больший интерес представляет вопрос, как вообще это преступление стало возможным. Если милиция вела прослушку почти всех кто готовился напасть на дагестанцев.
Суммируем изложенное. И так, о том, что преступление готовится, милиции стало известно за двое суток до его совершения. Было известно, кто его готовит и в отношении, каких конкретно лиц оно будет совершено. Не менее, чем за шесть часов до трагических событий было известно место совершения преступления, и это место тщательно охранялось. Правда оно охранялось не с целью защитить жизнь того же Магомедова Р.Д. – гражданина России, а для охраны спокойствия высокопоставленных чиновников. Но это не меняет сути. Спокойствие этих лиц возможно и не было нарушено, а человек погиб.
Тело погибшего более 16 часов практически в центральной части краевого центра пролежало никем не замеченное и это, в так называемой, особо охраняемой зоне.
Все эти очевидные и болезненные вопросы остались без какого-либо внимания, не говоря уже о привлечении к ответственности должностных лиц УВД Камчатского края, благодаря чьей безответственности, а правильнее сказать преступной халатности, погиб человек.
Совершенно очевидно, что выдвинуть обвинение в причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего, возможно только базируясь на выводах судебно – медицинских исследований.
Такие исследования трупа Магомедова Р.Д. проводила судебно-медицинский эксперт ГУЗ Бюро СМЭ Камчатского края Бондаренко Е.В. Стаж работы этого эксперта по специальности не превышал двух лет. Кроме исследования трупа (процедура вскрытия), она же проводила гистологические исследования и по результатам составила судебно-медицинское заключение. По мнению судебно-медицинского эксперта Бондаренко Е.В., смерть Магомедова Р.Д. наступила в результате черепно-мозговой травмы.
Знающие люди согласятся, что гистологические исследования представляют собой отдельный вид практической научной деятельности. Именно результаты гистологических исследований позволяют высказать объективные суждения о причинах смерти.
Действительно, экспертом-гистологом может быть только лицо, имеющее диплом судебно-медицинского эксперта. Но эти понятия далеко не тождественны. Чтобы судебный медик получил право проводить гистологические исследования, он должен пройти соответствующую специализацию в объеме 560 часов и получить свидетельство.
Ознакомившись с заключением эксперта Бондаренко Е.В. о причинах смерти Магомедова Р.Д., адвокат Дьяченко И.Ю., защищающая интересы обвиняемого Шадхина А.Б., усомнилась в наличии у эксперта права проведения гистологических исследований. Имея столь незначительный стаж практической работы, эксперт физически не могла пройти соответствующий курс обучения.
Более того, по поручению адвоката выводы эксперта Бондаренко Е.В. о причинах наступления смерти потерпевшего изучили ведущие российское специалисты в области судебно-медицинских исследований, имеющие научные степени докторов и кандидатов наук. Они письменно составили заключения, в которых указали, что эксперт Бондаренко Е.В. провела вскрытие неполно, описание выявленных травм поверхностно, а гистологические исследования неверны.
Свои выводы они подтвердили и в зале судебного заседания, научно доказав, что телесные повреждения в области головы Магомедова Р.Д. не могли повлечь его смерть. Смерть наступила вследствие иных причин.
Несмотря на все старания защиты, добиться допроса в судебном заседании эксперта Бондаренко Е.В. не удалось.
На запросы адвоката о наличии у эксперта Бондаренко Е.В. свидетельства о праве проведения гистологических исследований ее непосредственных руководитель Зиганшин сообщил, что эти сведения представляют тайну ее личной жизни.
Наша действительность все более становится абсурдной. Любой чиновник без стеснения и страха отфутболивает всякие попытки, замечу, совершенно законные, подвергнуть анализу правильность его деятельности.
Совершенно замечательное определение своему должностному положению дал в ответе руководитель бюро СМЭ Зиганшин. Кроме формулировки своей должности, он еще обозначил свои заслуги, указав о себе, «отличник здравоохранения». Можно было бы добавить другие свои награды которые несомненно у него как высокого специалиста имеются. Это так к слову.
И все бы это было ничего, еще один пример существования вопиющей не компетенции. Но здесь, все гораздо страшнее.
Именно неверные выводы эксперта Бондаренко Е.В. позволяют обвинять всех подсудимых в совершении особо тяжкого преступления.
Очень наши милиционеры любят знаменитый фильм – «Место встречи изменить нельзя». Особенно часто, к месту и не к месту, они цитируют фразу Жеглова «вор должен сидеть в тюрьме». При этом рефреном звучит, что только им ведомо, кто именно этот «вор», и им решать, кто должен сидеть в тюрьме. Следует признать, что в этом случае милиционерам трудно отказать в хорошем знании реалий нашей действительности.
(Окончание – в блоке-2).

Некоторые люди мало того, что видят краем глаза и слышат краем уха, не компетентны в вопросах судебно-медицинской экспертизы... поэтому и думают краем мозга, когда печатают эти статьи.... это автору адресуется

Отправить комментарий

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступны HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании