Болезни Майдана

 
Наш Крым
Первыми, с кем я встретился в пределах вернувшегося в границы отечества Крыма, были солдаты правопорядка - бойцы спецподразделения «Беркут».

 
Точно не скажу, сколько времени я общался с ребятами, но эмоции лились через край. Я им рассказывал, как мы на Камчатке просматривали сюжеты боев на площадях и улицах моего родного Киева, как после этого общались в своих коллективах, обсуждали с коллегами, возмущались увиденным, тем, как горели безоружные ребята, как пытались усмирить разбушевавшуюся толпу под градом камней, бутылок с зажигательной смесью и ружейным огнём. А в ответ услышал о том, как ребят провоцировали нацисты: «О щит Сереги разбилась бутылка с бензином, обдав его и ребят, стоявших рядом, с ног до головы ярким пламенем. Ублюдок, бросивший в нас «зажигалку» стоит на месте, ждёт реакции. Естественное желание подойти и долбануть ему по башке, но это 15-летний сопляк. Взрослый поводырь стоит в сторонке с фотоаппаратом и ждёт, когда «звери в погонах» начнут избивать «революционера». Слёзы текут от злости, но я ведь присягу давал… Так и этого подонка с фотоаппаратом трогать нельзя. На нём каска, бронежилет и удостоверение «Евроньюз». И так на протяжении полутора месяцев».
Армянск: говорили за жизнь, а думали о войне...
Высказав друг другу все наболевшее, обнялись на прощание. Они остались нести службу на посту, а я уехал на просторы освободившегося Крыма. Первым населённым пунктом полуострова был Армянск. Там я остановился на заправочной станции. Кроме заправщика, ко мне подошел дежурный администратор. Обратив внимание на мои номера, сказал, что подобный регион (41) видит впервые. Я рассказал, что машина с Камчатки. Я – журналист, собираю материал для газет. Я сразу вывалил на него ворох вопросов, интересующих меня и наших читателей.
В двух словах на мой вопрос о референдуме, голосовании и процентном соотношении согласных и несогласных с произошедшим получил ответ: «Вы знаете, 50 на 50...» Потом, переходя на личности: «Вот мои мама с папой, бабушка и дедушка обеими руками ЗА, а мы с сестрой… наверное, сомневаемся… Понимаете, мы – молодые – боимся перемен. Мы не знаем что такое Советский Союз. А мне детей кормить надо. Мне в этом году 35 лет будет. Только привыкли жить при нынешней власти, а тут опять революция. Не хотелось бы, чтобы было хуже».
Я могу понять человека – сам не хочу жить в период перемен, государственных экспериментов и революций. Если обратно в 90-е, то по мне лучше повеситься (утрирую, конечно). А дальше пошли вопросы более приземленные: правила дорожного движения, к примеру, правила движения по кольцу, ценовая политика на топливо (мы находились на заправке), зарплаты, пенсии, отпуска, футбол (будущий чемпионат мира по футболу). Меня спрашивали, войдут ли «их» футболисты в нашу сборную, поедут ли российские туристы в Крым отдыхать… В общем, говорили мы с за жизнь, а думали о войне, которая стояла буквально в трёх километрах от нас. Парень угостил меня стаканчиком автоматного, но от этого не менее ароматного кофе, подарив календари этой сети заправок. И я поехал дальше…
Степь
Утро было безоблачное. Тепло. Градусов 12-15. Вдоль дороги ближе к центру Крыма начали появляться цветущие яблони. Свернув с центральной дороги Армянск - Симферополь, углубился в степную юго-западную часть Крыма. Там живут коренные крымчане, не избалованные вниманием центральных властей как советского периода, так и новейшего украинского. Живущие здесь занимаются, в основном, скотоводством и орошаемым земледелием. Этих людей волнует будущее в разрезе возможного прекращения подачи воды по КРЫМСКОМУ КАНАЛУ. По большому счёту они ни за ни против. Во-первых, лишь бы не было войны. Во-вторых, не стало бы хуже. А за то, что вернулись в Россию, они благодарны Владимиру Путину.
Украинцы
Следующая остановка была в пригороде курортной Евпатории, как раз у дорожного знака «Окончание городской черты» города Саки и красочной стелы у въезда в Евпаторию. Остановился у заброшенного пирса на берегу Чёрного моря. Набрал камушков в качестве сувениров и зацепился языком с пассажирами остановившегося рядом со мной минивэна «Фольксваген». Украинская семья осторожно начала со мной разговор: мол, зачем вам, россиянам, наш Крым? На что получила вполне адекватный ответ: зачем вам, украинцам, наш Крым? В беззлобной словесной перепалке сошлись на том, что во всём виноваты фрицы, нацизм… А семья оказалась родом из западной Украины – из приграничного с Венгрией посёлка Буштына.
Знаешь, читатель, чему они больше всего удивились? Тому, что я бывал и в Буштыне, и в Рахове, и в Тячеве, ведь даже в Украине не каждый знает названий этих древних карпатских селений. На прощание они дали мне бутылку фирменной закарпатской сливовицы (самогон), а я отдал им последний календарь «Камчатского времени», который достал из-за ветрового стекла своей машины. Распрощавшись, двинулся вдоль южного берега Крыма на Севастополь. Слева по ходу движения остались Бахчисарайский район и его столица. Справа в лучах весеннего солнца было изумрудное Черное море. Промелькнула развязка на пригородный аэродром Севастополя: печально известную авиабазу Бильбек.
Севастополь
В разрывах крымских сопок открылся город русских моряков Севастополь. На обочине объездной дороги виднелись остатки инженерных сооружений блок-постов. На щитах для коммерческой рекламы были размещены баннеры с антифашистской и антивоенной символикой, а также призывы к горожанам и крымчанам прийти на тогда уже прошедший референдум. Заметно увеличился автомобильный поток. Приглядевшись, заметил на государственных регистрационных номерах украинского образца изменения. Знак принадлежности к Украине был закрашен российским триколором с цифрами «92» - обозначением нового субъекта РФ. Остановился у крымской базы московского клуба «Ночные волки». Мотоциклистов на месте не оказалось. Но остановилось сразу две машины с севастопольскими номерами, водители которых громко стали рассказывать мне, что они служили на Камчатке, а я молодец, что приехал...
«Когда приедешь на камчатку, передай привет всем тем, кто служил в «бригаде плохой погоды», экипажам МРК «Разлив», «Смерч», «Иней»! Мы расстались под традиционным лозунгом «русские не сдаются и своих на войне не бросают!» Воодушевленный таким напутствием, я спустился в город.
Уже ни с кем не разговаривая, смотрел на счастливые лица севастопольцев, улыбающихся мне. Посетил Балаклаву. Потом вырвался на Приморское шоссе Севастополь – Ялта. Сам понимаешь, читатель, не сезон – машин на трассе мало, поэтому останавливался, где хотел. Фотографировался у хорошо знакомой мне Айпетри, православной часовни, поворота на Фарос, Никитского ботанического сада, «Артека», на фоне горы Медведь. Направился по извилистой прибрежной дороге Ялта-Феодосия через Коктыбель. Солнце клонилось к закату, заливая удивительно красивые крымские горы розовым заревом. Его шипящее тело скрывалось в волнах весеннего Черного моря. День закончился в тот час, когда я прибыл в порт «Кавказ»...
Продолжение следует

Когда прочитал статью, первым желанием было пригласить к себе в гости, чтобы показать как живут т.н. бандеры и фашисты. Но передумал, так как правду всеравно не напишете. Вы же не напишете, что НАРОД прогнал ненависного вора и бандита, что мы надемся построить новую страну, что путин вонзил нож в спину и анексировал Крым, что ваши фээсбешники замутили весь этот бардак в Донбасе.Вы же всеравно напишете, что у нас в городах бегают фашисты и убивают за русское слово, на Донбасе россиян и кадыровцев нет, а во всем виноваты загнивающие америкосы и европейцы. Пишите. Я все-же надеюсь, что когда-нибудь, вам будет за все это стыдно.

Отправить комментарий

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступны HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании