Точка на карте: полуостров Шипунский

 
География

Шипунский полуостров - один из четырех крупных полуостровов Камчатки на тихоокеанском побережье, первый на север от Петропавловска (другие три - Кроноцкий, Камчатский и Озерной - расположены севернее).
Этот полуостров, далеко (на 34 км) вдающийся в Берингово море, в ясную погоду хорошо виден из Петропавловска. От города до него по прямой на северо-восток около 90 км. Ширина Шипунского полуострова в материковой части — 22 км. Он разделяет два залива: южнее Шипунского находится Авачинский, а севернее - Кроноцкий. С юга полуостров ограничивает устье реки Вахиль, а северной - устье Калыгири.
Рельеф
Поверхность полуострова гористая (самая высокая точка - г. Снежная, 935,2 м), берега обрывистые, скалистые, с многочисленными мысами, камнями и рифами, особенно в восточной его части. Шипунский изрезан глубоко вдающимися в него бухтами-фьордами. С юга это бухта Бечевинская, а с северо-востока - Железная, Моржовая (а в ней бухты Большая и Малая Моржовые), Большая и Малая Медвежки. Есть там и озеро - Железное.
Бухта Моржовая глубокая (15-30 м) и является великолепным убежищем для судов, застигнутых штормом. Автор сам в молодости, когда работал на судах КРФ и ходил в каботаже, не раз отстаивался в этой бухте.
История
Обратимся к книге камчатского писателя и краеведа Валерия Мартыненко «Камчатский берег. Историческая лоция» (П-К, 1991 г.). Он пишет: «Изображение Шипунского полуострова впервые появилось в 1726 году на «Чертеже Камчадальского Носу и морским островам», сделанном известным камчатским землепроходцем И. П. Козыревским, под названием Шипун. Среди надписей на «Чертеже» есть замечание Козыревского, что он бывал в этом месте «морем». О существовании Шипунского острожка в районе «Шипунского Носа» говорит также С. П. Крашенинников, побывавший там в 1739 году. Первые описи этих берегов сделали: в 1742 году - участник Второй Камчатской экспедиции гардемарин А. Юрлов и в 1790 году - унтер-офицер геодезии Худяков из экспедиции П. И. Биллингса - Г. А. Сарычева. Эти сведения на более совершенной научной основе дополнил в 1831 году капитан корпуса флотских штурманов П. И. Ильин, осуществивший геодезическую съёмку от Авачинской губы до Шипунского полуострова, и морскую съёмку его южной стороны. В 1835 году северную часть Шипунского полуострова связал воедино со съемкой Ильина штабс-капитан корпуса флотских штурманов П. Скрыпов.
… В 1900 году его обследовал на шхуне «Сторож» известный владивостокский шкипер и гидрограф Ф. К. Гек, составивший несколько частных карт. В 1901 году гидрографическими работами у берегов Шипунского полуострова занимались офицеры военного транспорта «Якут» под командой капитана 2-го ранга С. И. Новаковского. Мичман корабля В. В. Драхенфельс осуществил съёмку побережий Шипунского полуострова со шлюпки, существенно уточнив данные Ф. К. Гека».
Топонимика
В. Мартыненко также указывает, что «Название полуострова ведёт происхождение от имени тойона Шипы, главы ительменского острожка, о котором упоминается в камчатских документах второго десятилетия XVIII века, - так называемых «ясачных книгах»».
(На Камчатке казаки-первопроходцы часто давали географические названия объектам по именам «лучших людей» - тойонов, правящих в тех местах. В конце XVII - начале XVIII веков в русских документах появились названия рек - Вахиль, Карымчина, Налачева, Облуковина, Опала, селений Ганалы, Карымай, Начики, Апача, Пиначево, восходящие к собственным именам ительменов, коряков и чукчей.)
Археология
Карл фон Дитмар (1822-1892) в 1851-1855 гг., будучи чиновником особых поручений по горной части при губернаторе В. С. Завойко, летом 1852 года с шестью матросами на весельной лодке доплыл от Петропавловска до Нижнекамчатска в устье р. Камчатки. Беспримерное по дерзости и выпавшим приключениям путешествие он описал в своей книге «Поездки и пребывание в Камчатке в 1851-55 гг.» (СПб., 1901).
15 июня 1852 г., двигаясь вдоль южной части Шипунского, они зашли в бухту Бичевинскую. Берега её казались мертвенными и пустынными, но здесь Дитмар обнаружил множество остатков старинных поселений. Дитмар пишет: «На этом самом восточном берегу Камчатки, где теперь так пустынно и безлюдно, до завоевания страны русскими царила деятельная жизнь. От мыса Налачева и даже начиная ещё западнее, от устья реки Налачевой, до Бичевинской губы и до мыса Шипунского, берега были покрыты множеством юрт, жилищами многих сотен людей. Достаточно было каких-нибудь 50 лет со времени завоевания Камчатки, чтобы систематическим грабежом, убийством, заразительными болезнями и водкой извести многолюдное камчадальское население до его нынешнего жалкого состава».
Кстати, из 47 дней этого плавания, обход Шипунского полуострова занял у путешественников треть - 15 дней.
Современные поселения

Кроме жилого здания Шипунского маяка, в бухте Бичевинской находится заброшенный и разграбленный посёлок Бечевинка, небольшое поселение есть рядом с протокой озера Большая Медвежка, между бухтой Железной и Моржовой также стоит заброшенный посёлок, есть посёлок на косе бухты Калыгирь.
Маяк
Плавание близ Шипунского полуострова во все времена было опасным предприятием. Но только в 1937 году на оконечности мыса Шипунского был построен первый деревянный 12-метровый световой маяк, дополненный в 1944 году радиоустановкой. В 1964 году была установлена новая башня маяка с более современным радиомаяком, построены жилое и технические здания. Этот маяк работает до сих пор. Он представляет собой красную четырехгранную каменную башню с двумя белыми горизонтальными полосами и фонарным сооружением. Дальность видимости огня - 22 мили. Высота башни маяка - 12 м, огонь расположен на высоте 249 м над уровнем моря.
В 1965 году на мысе Шипунском, для обеспечения большей безопасности мореплавания, была построена башня резервного светового маяка с характеристикой Бл Пр 6с 8М.

Лирическое отступление
Как-то лет 10 назад далеко за полночь мы сидели в Эссо на базе отдыха у дымокура с камчатским бардом, геологом Марией Бабушкиной. Тогда она рассказала мне эту историю... Их геологическая партия работала на мысе Шипунском и базировалась у «маячников» (так Мария называла всех работавших на маяке). И вот однажды главный маячник с зятем (дочка маячника с мужем тоже работали на маяке) поехали на моторной лодке порыбачить на р. Вахиль. И пропали… Связи с людьми не было. Прошло несколько дней, а они не возвращаются. Жена и дочь маячника рыдают навзрыд. Другой лодки, чтобы искать пропавших, на маяке не было.
И вот Мария рассказывает: чтобы успокоить женщин, она спела им песню Иващенко и Васильева (известных как дуэт «Иваси»). Поёт:
Погиб ли тот фрегат, седой волной разбитый,
Иль, может быть, пират пустил его ко дну,
Но капитана ждёт красотка Маргарита,
— А вдруг не утонул, а вдруг не утонул?
Ах, как же страшно ждать в неведеньи нелепом,
Песок со зла швырять в зеленую волну.
Зачём вы зеркала прикрыли чёрным крепом,
— А вдруг не утонул, а вдруг не утонул...
А вдруг он жив-здоров, вдруг рано ставить свечи,
А вдруг он в Санта-Крус за ромом завернул,
А вдруг случился штиль иль просто ветер встречный,
- Ну, вдруг не утонул, ну, вдруг не утонул...
И вот, когда беда покажет глаз совиный,
И безнадёжный мрак затянет всё вокруг,
Когда приспустят флаг в порту до половины,
Останется одно последнее «а вдруг»…
Успокоила... А потом пропавшие вернулись. У них что-то случилось с мотором и на веслах они долго добирались до маяка.

Мы служили там 2года-это были самые трудные и счастливые годы.

Служил на маяке,на РНС*Брас* во второй половине 80-х. Василий. Екатеринбург.

Отправить комментарий

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступны HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании