Так вот ты какой, северный олень!

 
Дикий северный олень Камчатки исторически играл существенную роль в жизни коренного населения полуострова. На протяжении сотен лет охота на него была важным источником существования туземцев в центральных и восточных районах Камчатки.
 
Мясо животных использовалось в пищу. Из шкур изготовляли жилища, обувь и одежду. До проникновения на полуостров домашнего оленеводства продукция, получаемая от охоты на дикого северного оленя, для аборигенов имела исключительное значение.
О важной роли оленя в жизни туземцев писали Степан Крашенинников, Карл Дитмар, Владимир Комаров и многие другие авторы. И это вполне объяснимо, ибо до интродукции лося на Камчатке дикий северный олень был более многочислен, нежели снежный баран. Образуя тысячные стада в местах традиционных горных зимовок, этот вид копытных на протяжении веков являлся важным объектом сезонного промысла.
Оценки общей численности «дикарей» в силу лимитирующих факторов и экологических условий Камчатки никогда не превышали 20 тысяч голов. Для обширного полуострова это относительно мало: к примеру, на Аляске поголовье карибу сейчас насчитывает около трёх миллионов особей.
Олений «холокост»
К середине девятнадцатого столетия на численности и распределении диких оленей стало сказываться негативное влияние развивающегося домашнего оленеводства, проявлявшееся в вытеснении «дикарей» с горно-тундровых пастбищ, уничтожении диких животных на зимовках. В последние три десятка лет ХХ века общая численность диких оленей на полуострове не превышала восьми тысяч особей.
Ещё с 50-х годов прошлого века пастбища диких оленей на высокогорных долах Срединного и Восточного хребтов стали рассматриваться оленеводами как резервные площади для расширения поголовья домашних оленей. Последние попытки освоения резервных пастбищ восточной Камчатки и Жупановских долов были предприняты уже в наше время, когда дотационное оленеводство обслуживалось вертолётами, а планы по поставке мяса восполнялись незаконным отстрелом «дикарей» в местах совместных зимовок. Это стало роковым для южной группировки оленей: к 2000 году здесь осталось лишь несколько десятков животных.
На восточной Камчатке на популяции диких оленей тоже отразилось пагубное влияние домашнего оленеводства. Под воздействием нерационального промысла и браконьерского отстрела оленей в местах зимовок с использованием вертолётов и снегоходов за последние десять лет практически исчезла северо-восточная группировка оленей – некогда крупнейшая на полуострове.
Только за счёт особого режима охраны и обширной заповедной территории удалось сохранить основное ядро популяции диких оленей восточной группировки. Её численность сохраняется на минимальном уровне.
Таким образом, сегодня на всем полуострове осталось не более двух тысяч диких северных оленей. В 2006 году этот исконно охотничье-промысловый вид был включен в Красную книгу Камчатки как вид с «очаговым характером распространения и тенденцией к дальнейшему сокращению численности». Охота на него полностью запрещена.
Случилось!
Дикий северный олень привлекал внимание практически всех териологов, в то или иное время работавших на Камчатке. В статьях и публикациях многих авторов освещались черты экологии вида, характер территориального распространения этих животных на полуострове, вопросы его хозяйственного использования. При этом обобщенных работ и монографий о диком северном олене полуострова Камчатка до нынешнего времени не было.
Поэтому выход в свет монографии Владимира Мосолова и Владимира Филя «Дикий северный олень Камчатки» без преувеличения можно назвать научным прорывом, заполнившим вакуум этой темы. В своей работе авторы собрали и обобщили имеющиеся материалы по биологии, систематике и экологии дикого северного оленя на полуострове, проанализировали основные экологические характеристики разных территориальных группировок этого вида и крайне негативный опыт промыслового использования, рассмотрели вопросы охраны «дикарей» и пути возрождения их былой численности.
Изданная совместно Кроноцким государственным природным биосферным заповедником и Камчатским филиалом Тихоокеанского института географии книга адресована как специалистам-охотоведам и охотникам, сотрудникам природоохранных организаций, так и широкой общественности.
Камчатский особый
Ещё в 1912 году Н.Холлистер по черепу самца с юго-восточной Камчатки выделил камчатского северного оленя в особый подвид, назвав главными отличительными особенностями значительные размеры черепа. Дикий северный олень Камчатки, обитающий в специфических условиях горно-вулканических районов полуострова, существенно отличается от животных Приохотья и Чукотки. Это один из самых крупных подвидов северных оленей Палеарктики – самые большие в мире рога северного оленя принадлежат животному из Кроноцко-Жупановской популяции.
Геноцид на юге
«Дикари» южной группировки обитали южнее современной автомобильной дороги из краевого центра в Усть-Большерецк. По восточному побережью они заходили на север к реке Авача, часто встречались в бассейне Паратунки, Сосновки и Николаевки. Однако строительство дорог вначале в район Мутновской ГеоЭС, а затем Толмачёвского каскада ГЭС сделало доступными высокогорные оленьи пастбища для автотраспорта. Если в 1971 году авторы книги с одной точки в бинокль насчитали до полутора тысяч голов, то сегодня южная группировка состоит лишь из 30-40 животных. Анализируя причины столь быстрого её истребления, Мосолов и Филь приходят к выводу, что человеческий фактор явился главным: «Все беды оленя здесь от человека с его техникой, в первую очередь, вертолётами и снегоходами. Очевидцы сообщали, что лет 10-15 назад организованные выезды десятков снегоходов за оленями в места зимовок из посёлков Октябрьский и Озерновский были к концу зимы регулярными. Коллективное уничтожение оленей в условиях многоснежья и зарытых распадков проводилось по всем правилам «котла», когда обнаруженное стадо охватывалось со всех сторон и уничтожалось полностью».
Кроноцко-Жупановский «дикарь»
Раньше границей обитания этой группировки можно было считать автомобильную дорогу Петропавловск – Мильково – Ключи – Усть-Камчатск. Однако после известного Большого Трещинного Толбачикского извержения (1975-1976) дикие северные олени ушли с горных участков Валагинского хребта на территорию Кроноцкого заповедника: пастбища оказались засыпаны пеплами и стали непригодны для выпаса. Однако именно эту группировку можно считать основной на Камчатке. - Этот единственный очаг с относительно благополучной численностью сохранился благодаря охраняемой территории, - говорит директор Кроноцкого государственного природного биосферного заповедника Тихон Шпиленок. - Именно он в будущем должен явиться основой восстановления популяции этого животного на всём полуострове.
На Северо-Востоке и дальше
Северо-восточная популяция диких северных оленей практически прекратила своё существование: по данным авиаучётов 1997 года её численность едва превышала 200 особей, а учёты 2002 года показали полное отсутствие животных. Лесные олени долины реки Камчатка весьма разобщены, а их численность не превышает 100-120 голов. На остров Беринга оленей начали завозить с 1882 года, когда по инициативе доктора Бенедикта Дыбовского туда были доставлены 4 самца и 11 самок. В 1912 году сообщалось, что число оленей достигало 1000 особей. Однако в 1917 году олени на острове Беринга вымерли. В 1927 году на остров повторно завезли 15 самок и двух самцов. В 1954 году там были уже 3,5 тысячи особей, а в 1969 году – лишь 100 голов. В 1984 году Анатолий Коваленков завёз ещё 16 самок и 16 самцов. Но олени острова Беринга относятся к домашним животным, хотя они и одичали. Мосолов и Филь считают, что из-за особенностей Командор максимум воспроизведенного поголовья не может превысить 1000 животных.
Человек изменил оленя
Изучение поведения крупных стадных животных – сложная задача, требующая длительных специальных исследований. Применение вертолётов для добычи оленей стало обычной практикой уже к середине 70-х годов прошлого века. Под влиянием фактора вертолёта у оленей стали изменяться характеристики поведения, режим пастьбы и активность перемещений на открытых участках равнинных пастбищ. Копытные начали уходить в лес с открытых тундр после того, как слышали шум двигателей вертолётов. Реакция проявлялась на расстоянии уже около километра-полутора.
Выработали олени защитную форму поведения: в ясную лётную погоду они заранее уходили с открытой местности в лес, а при низкой облачности, тумане и снегопаде оставались на тундре весь день.
А вот к снегоходам олени не адаптировались – особенно к иностранным моделям с очень слабыми звуками работающих двигателей. К тому моменту, когда олени начинают проявлять беспокойство, бывает уже поздно...
Охранять и сохранять
К настоящему времени, пишут В.Мосолов и В.Филь, дикий северный олень в пределах полуострова сохранился только на территории Кроноцкого заповедника. По результатам авиаучётов 2009-2010 годов ядро Кроноцко-Жупановской группировки не превышает 1100 голов и продолжает снижаться, несмотря на полный запрет охоты и жёсткие меры охраны.
Делаем выводы
Авторы монографии уверены, что оленеводство должно относительно успешно развиваться только в равнинных участках в пределах Тигильского, частично Карагинского, Быстринского и Соболевского районов. Остальная территория, включая горные и горно-вулканические зоны восточной Камчатки, должна стать полигоном для возрождения популяции дикого северного оленя. Наибольшее значение для сохранения «дикарей» имеют максимально полные запретительные меры на посещение мест обитания животных как в пределах заповедных территорий, так и на участках зимних пастбищ и всех сопредельных участков горных тундр, которые должны стать строго охраняемыми.

 что уж говорить, дай нам волю мы бы и сами себя перебили - законы не позволяют

Отправить комментарий

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Доступны HTML теги: <a> <em> <strong> <cite> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Подробнее о форматировании