Независимый общественно-политический портал

от редактора: 20 октября из национального села Парень пришёл сигнал SOS!  В этом селе живут около 60 человек.
Информационный центр «Лач» сообщил на всю Россию, что обстановка в селе ужасная. Магазина в селе нет, продают продукты питания частные лица, которые не отвечают за качество продуктов. Нет медицинского работника, дети не привиты. С апреля дети болеют, заражены непонятным вирусом.  Медосмотра не было два года... Годовой запас муки закончился еще в августе.  Продукты, медикаменты и одежда не поступают. Прошлой зимой практически жили впроголодь. Основной пищей являются рыба и дикоросы. Молодым матерям нечего есть и нечем кормить грудных детей... Нет трактора для заготовки дров на зиму, вертолета не будет до лета. Нет радио, транспорта и информации, то есть, живут люди в полнейшей изоляции. По одному из центральных телеканалов тут же вышел сюжет «из Парени». В кадре - коса Корфа (?), интервью с местными жителями – двухгодичной давности (!)... Вывод: на Камчатке гуманитарная катастрофа!
Тут же подключились полпред ИШАЕВ, председатель Заксобрания НЕВЗОРОВ, губернские власти, прокуратура. Действительно,  с продуктами в Парени были проблемы: их скупили рыбаки, приехавшие на путину, насчет медицинского обследования информация «Лача» не подтвердилась: Парень навещала выездная бригада врачей из краевого центра.
Никто не будет спорить: жизнь в Корякии - не сахар. Ситуация в селе Парень ненамного хуже, чем в других населенных пунктах КАО. Несмотря на то, что Парень давно закрыт, люди там живут. Это их право. Корф тоже закрыт, а его население получило возможность покинуть косу, но наверняка кто-то там останется, и мы снова услышим сигналы SOS, которые почему-то возникают в преддверии значимых событий, например, в разгар местных выборов, как это было в Парени... А теперь предлагаю глубже взглянуть на проблему аборигенов Камчатки. Предоставим слово автору.
«встречь солнцу»
Камчатский край – один из многих регионов России, которые освоены русскими землепроходцами в период их великого похода «встречь солнцу». Не стану в совместной пляске с ура-патриотами уверять, что движение на восток русских промышленников, казаков и других служивых людей, освоение ими новых территорий велось исключительно ради удовлетворения любопытства и во имя совершения научных подвигов. Полагаю, что  в XVI – XVII веках, да и позже, никто из русских первопроходцев такими категориями не оперировал. Их, как и великих европейских путешественников, звал в неизвестные края в том числе грубый финансовый расчет.
На открытых и освоенных территориях землепроходцы встречались с коренным населением, которое «подводили под руку» великого московского государя. Не всегда этот процесс проходил безболезненно, но неизменно присягнувшие московскому царю коренные жители считались полноправными подданными государя со всеми правами и обязанностями, вытекающими из их нового правового статуса. За полученную дань сильная держава малым народам гарантировала безопасность. Поначалу на таких примитивных, но ясных принципах строилась национальная политика Москвы по отношению к окраинам. С течением времени она становилась сложнее и многообразнее.
советский союз
Советский Союз имел достаточно эффективную программу развития коренных малочисленных народов Севера (КМНС). Её попечительскийи протекционистский характер в ряде случаев действовал разлагающе на северян. Но забота об аборигенах со стороны государства существовала.
Перестройка
В годы перестройки организационные и функциональные стержни этой политики начали размываться громкими и заманчивыми, но совершенно отторгнутыми от реалий лозунгами и планами. В 90-е годы прошлого века цельной политики федерального центра в отношении коренных малочисленных народов Севера вообще не существовало: она распалась на разовые акции сомнительной полезности и эффективности.  Нынешнее положение коренных северян - прямое следствие той политики.
Сегодня
Сегодня федеральный центр и краевые власти уже не делают вида, что проблем малочисленных народов не существует. Создается правовая база возрождения и развития КМНС. На решение их социальных и экономических нужд выделяются средства в объёмах, которые может себе позволить страна в современных условиях экономического кризиса. Доминантную роль государства в решении вопросов КМНС в силу наших национальных и исторических условий и традиций не способны компенсировать никакие другие общественные и социальные отечественные институты, тем более зарубежные. Они способны лишь дополнять политику федерального центра и региональных властей, да и то в том случае, если их деятельность носит конструктивный и созидательный характер, а не преследует корыстных интересов, которые прослеживаются, на мой взгляд, в работе некоторых общественных объединений КМНС, созданных на территории Камчатского края.
Попытки организовать в 2005 году бойкот референдуму по объединению Камчатской области и Корякского автономного округа,  которые предприняли некоторые представители КМНС КАО, или реализовать их же идею, родившуюся годом позже, - поставить памятник к юбилею резни, устроенной ительменами заночевавшим у них казакам, я не намерен обсуждать. В данном случае речь идет об инициативах, которые в силу их очевидной бесперспективности не нашили широкого числа сторонников.
взять и поделить!
Иное дело – призывы «взять все и поделить». Их заманчивая соблазнительность способна не только Шарикова пленить. Например, идея экспроприации квот и участков современных рыбных экспроприаторов проскальзывает у председателя союза родовых общин Карагинского района «Анотваны» Галины Поповой. Концептуальное видение этой проблемы она выразила в сотканной из противоречий статье «Владивосток? Москва? Рублевка?», опубликованной в газете «Панорама» (Тигильский район). Вначале Галина Валентиновна не может определиться, какое же рыбодобывающее производство более выгодное? Утверждает, что мелкое, но тут же  хвалит рыбколхозы и госпромхоз, которые работали в Карагинском районе в годы советской власти. Тут вся загвоздка в том, что рыбколхозы и госпромхоз по современным камчатским масштабам являют собой пример крупного производителя. Стало быть, не в мелкоте сила?
Ругает Галина Валентиновна и градообразующие предприятия, полагая, что они представляют «катастрофу для территории и людей, проживающих на ней». Как же быть в этом случае все с теми же рыбколхозами и госпромхозом? Они представляли собой для северных поселков классический пример градообразующих предприятий.  Ностальгия по советскому прошлому у Галины Валентиновны увязывается с порицанием в гневной фразе «разграбленной и затравленной колонизаторами территории и коренного жителя». Яростно бичует автор браконьерский промысел лосося. Когда она рассказывает о существовавшей восемь лет в Тымлате «левой икрянке», где перерабатывали купленную у населения икру  (читай – браконьерскую!), то не факт существования подпольного цеха возмущает Галину Валентиновну, а то, что икру для него скупали за бесценок. 
В конечном счете предлагает автор всю добычу лосося передать родовым общинам КМНС, полагая, что тем самым системные вопросы, связанные с доходностью производства, занятостью северян, сохранением красной рыбы, развитием территории и повышением благосостояния населения, решатся. Ах, эта сладостная и прекраснодушная тяга к простому решению сложных вопросов...
выход из тупика
Сама же ПОПОВА признает, что с родовыми общинами не все в порядке. «Проблем с ними хватает, и не все однозначно в этом формировании», - сокрушается автор статьи. ПОПОВА родовые общины подразделяет на четыре категории, безоговорочно принимая только первую. Вторые «организованы с помощью неких аферного склада людей, пытающихся решить свои накопившиеся финансовые проблемы и выставивших на роль председателей эдаких громкоголосых управляемых болванчиков». Убийственная, но точная характеристика. Две последующие категории общин еще почище будут. Обратимся к первой, столь милой сердцу автора: «Это общины, учредители и члены которых действительно люди, коренным образом проживающие и ведущие традиционный образ жизни…» К этой категории, безусловно, относится родовая община Запороцких (РОЗ) «Каврал».  Один из её руководителей Олег Запороцкий хорошо известен на Камчатке. Он и его сестра Нина Запороцкая являются руководителями этно-экологического информационного центра «Лач». На Запороцкого возложены функции организатора взаимодействия с ассоциациями коренных народов Севера. В свободное от общественных тягот время он занимается рыбным промыслом.
была ли уголовка?
На этом поприще на возглавляемую им совместно с Ириной Квасовой родовую общину «Каврал» в 2008 году УВД по Камчатскому краю возбудило уголовное дело. Согласно его материалам рыболовецкой бригадой РОЗ «Каврал» выловлено около 100 тонн корюшки... «В ходе проверки установлено, что, имея разрешение с видом рыболовства «рыболовство в научных исследовательских и контрольных целях» и разрешение с видом рыболовства «прибрежное рыболовство» бригада «Каврала» под руководством Запороцкого О. и Квасовой И. незаконно выловила весь указанный объём корюшки из реки Ковран. В прибрежной морской зоне, где было разрешено проводить промысел, вылов  корюшки не проводила».